Веневитинов Д. В. — К изображению урании

Распечатать

(В альбом)

Пять звезд увенчали чело вдохновенной:
Поэзии дивной звезда,
Звезда благодатная милой надежды,
4 Звезда беззакатной любви,
Звезда лучезарная искренней дружбы,
Что пятая будет звезда?
Да будет она, благотворные боги,
8 Душевного счастья звездой.[1]

[1]Автограф — в ЦММК, ф. 212 (Одоевский В. Ф.), No XXVI. Без заглавия. Автограф находится в нотной тетради В. Ф. Одоевского, где нарисована карандашом сидящая муза астрономии Урания с пятью звездами над ней. Под рисунком подписи: «Одоевского муза» и «Рисовано Федором Скарятиным в 1827» (см. о Скарятине в прим. к «Посланию к С<карятину>»). Под автографом подпись: «Написано Дмитрием Веневитиновым в 1827-м году». Список (выполнен неизвестной рукой) — в ГБЛ, ф. 48 (Веневитиновых), к 55, ед. хр. 18. Без заглавия. Впервые — изд. 1829 г., с. 73. В стихотворении Веневитинова поясняется значение каждой из нарисованных звезд.
Точных указаний на более конкретную датировку в известных нам источниках нет. Об этом, а также следующем стихотворении писал В. Одоевский Погодину в письме от 29 апреля 1827 г.: «Прилагаю стихи Дмитрия. Вы знаете, что он ощущал часто в себе необходимость выражения стихами, или лучше — каждую минуту жизни обращать в поэзию. Оттого и такое множество его маленьких стихотворений. Стихов прилагаемых ни у кого нет, кроме меня. Одни написал он, встречая у меня новый год («На Новый 1827 год».- M. Ч.), другие — на моей нотной книге, на которой Скарятин нарисовал богиню с пятью звездами» («К изображению Урании».- М. Ч.) {Барсуков, кн. 2, с. 91). Сказанное в письме позволяем думать, что оба стихотворения могли быть написаны примерно в одно и то же время, тем более, что единственное упоминание о Скарятине в сохранившихся письмах Веневитинова относится именно к началу января (см. письмо сестре от 8 января 1827 г.).
«Любомудрское» звучание стихотворения отчетливо сказывается при сравнении его с посланием Дельвига «К поэту-математику» (1814), в котором также есть образ Урании. Для Дельвига образы Урании, олицетворяющей точные науки, и Музы, вдохновляющей поэта-лирика,- несопоставимы. Урания, которую Дельвиг описывает так:

На острый нос очки надвиня,
Берет орудие богиня,
Межует облаков квадрат,
Большие блоки с небесами
Соединяются гвоздями
И под веревкою скрыпят, —

не способна, по его мнению, даровать человеку истинно поэтическое вдохновение, а значит и — бессмертие. Поэтому Урании Дельвиг противопоставляет Музу:

Певец! она перед тобой
В венце, в божественном сиянье,
Пленяющая красотой!

Нетрудно заметить нетрадиционное толкование Веневитиновым образа Урании, в которой для него олицетворена и поэзия.
В том же 1827 г. И. Киреевский пишет лирический этюд, где, в частности, один из персонажей, поэт Вельский, читает стихотворение, в котором невозможно не угадать веневитиновские мотивы, хотя стихотворение Киреевского обращено не к пяти, а к семи звездам Большой Медведицы {Герои этюда Киреевского напоминают любомудров с их постоянными беседами о цели жизни. В
упомянутом этюде говорится о том, что красота природы звала друзей «к сердечному разговору, а сердечный разговор, как обыкновенно случалось между ними, довел до мечтаний о будущем, о назначении человека, о таинствах искусства и жизни, об любви, о собственной судьбе и, наконец, о судьбе России» (Киреевский И. В. Полн. собр. соч, М., 1911, т. 2, с. 148).} (Киреевский И. В. Полное собрание сочинений. М., 1911, т. 2, с. 149-150).

Год написания: 1827

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *