Веневитинов Д. В. — К друзьям на новый год

Распечатать

Друзья! настал и _новый год_!
Забудьте старые печали,
И скорби дни, и дни забот,
4 И все, чем радость убивали;
Но не забудьте ясных дней,
Забав, веселий легкокрылых,
Златых часов, для сердца милых,

8 И старых, искренних друзей.
Живите новым в новый год,
Покиньте старые мечтанья
И все, что счастья не дает,
12 А лишь одни родит желанья!
По-прежнему в год новый сей
Любите муз и песен сладость,
Любите шутки, игры, радость
16 И старых, искренних друзей.

Друзья! встречайте новый год
В кругу родных, среди свободы:
Пусть он для вас, друзья, течет,
20 Как детства счастливые годы.
Но средь Петропольских затей
Не забывайте звуков лирных,
Занятий сладостных и мирных,
24 И старых, искренних друзей.[1]

[1]Автограф неизвестен. Впервые — изд. 1829 г., с. 6. В изд. 1829 г. датируется 1823 г. Однако можно предположить, что стихотворение было написано несколько позже, в конце 1825 г., т. е. после того, как стало известно, что многие из любомудров переедут в Петербург. Из содержания стихотворения следует, что в новом году ожидается разлука с друзьями (см. также: Аронсон М. Разговор через голову редактора.- Звезда. 1934, No 8, с. 189). Как известно, в 1826 г. в Петербург переехали В. Одоевский, Кошелев, сам Веневитинов, в начале 1827 г.- Титов, А. Хомяков. Нельзя не заметить, что торжественный, приподнято-бодрый характер стихотворения как будто противоречит тому настроению уныния, которое должно было охватить и охватило (см. Кошелев, с. 13-14) любомудров, узнавших о поражении декабристов. Но тот же Кошелев сообщает, что «известия из Петербурга получались самые странные и одно другому противоречащие. То говорили, что там все спокойно и дела пошли обычным порядком, то рассказывали, что открыт огромный заговор, и что 2-я армия идет на Москву и тут хочет провозгласить конституцию. К этому прибавляли, что Ермолов также не присягает и со своими войсками идет с Кавказа на Москву. Эти слухи были так живы и положительны и казались так правдоподобными, что Москва или, вернее сказать, мы ожидали всякий день с юга новых Мининых и
Пожарских. Мы, немецкие философы, забыли Шеллинга и комп<анию>, ездили всякий день в манеж и фехтовальную залу учиться верховой езде и фехтованию и таким образом готовились к деятельности, которую мы себе предназначали» (там же, с. 15). Это свидетельство Кошелева отчасти снимает упомянутое выше противоречие: «К друзьям на Новый год» было написано, вероятно, именно в эти дни ожидания великих перемен. Не потому ли с такой радостной надеждой глядит в будущее Веневитинов, а его «Петропольские затеи» не то же ли самое, что мы читаем у Кошелева: деятельность, «которую мы себе предназначали», добавим: «в Петербурге»?

Год написания: 1823

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *