Сумароков А. П. — Гамлет

Распечатать

Представлена въ первый разъ въ начал? 1750 года, на Императорскомъ театр?, въ Санктпетербург?.
Источник: Гамлет. Трагедия. (Переделал с франц. прозаического перевода Делапласа) А. П. Сумароков. СПб., имп. Акад. наук, 1748, 69 с.

Д?ЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА.

КЛАВДІЙ, незаконный Король Даніи.
ГЕРТРУДА, супруга ево.
ГАМЛЕТЪ, сынъ Гертрудинъ.
ПОЛОНІЙ, наперстникъ Клавдіевъ.
ОФЕЛІЯ, дочь Полоніева.
АРМАНСЪ, наперстникъ Гамлетовъ.
ФЛЕМИНА, наперстница Офеліина.
РАТУДА, мамка Офеліина.
ПАЖЪ Гамлетовъ,
ВОИНЫ.

Д?йствіе есть въ Даніи, въ столичномъ город?, въ Королевскомъ дом?.

ГАМЛЕТЪ ТРАГЕДІЯ.
——
Д?ЙСТВIЕ I.

ЯВЛЕНIЕ I.

ГАМЛЕТЪ одинъ.

Смутился духъ во мн?. О нощь! о страшный сонъ!
Ступайте изъ ума любезны взоры вонъ!
Наполни яростью, о сердце! н?жны мысли,
И днесь между враговъ Офелію мн? числи!
Офелію — — — увы! едино имя то
Преображаетъ все нам?ренье въ ничто,
И нудитъ, во ум? загладить ужасъ ночи.
Чтожъ зд?лаютъ потомъ ея драгіе очи!
О долгъ! преодол?й любовь и красоту,
Остави щастливымъ приятну суету!
Отрыгни мн? теперь тирановъ гнусныхъ злоба,
Свир?пство къ должности, на жертву къ м?сту гроба,
Гд? Царь мой и отецъ себ? отмщенья ждетъ!
Онъ сов?сти моей покою не даетъ:
Я слышу гласъ ево, и въ ребрахъ вижу рану:
О сынъ мой! вопіетъ, отмсти, отмсти тирану!
И свободи гражданъ.

ЯВЛЕНІЕ II.

ГАМЛЕТЪ и АРМАНСЪ.

АРМАНСЪ.

Смущенный голосъ твой
Воздвигъ меня съ одра, и отлучилъ покой,
Я вижу что душа твоя обремененна.
Не вся ли тако нощь тобою провожденна?
Знать въ храмину твою сонъ сладкій не входилъ?
Иль новый страхъ тебя толь рано возбудилъ?
Но Клавдій спитъ еще въ объятіяхъ Гертруды,
Еще покоятся ево тирански уды.
Иль вображается въ ум? твоемъ теперь,
Молящая теб? Полоніева дщерь,
И пламенный твой духъ слезами утоляетъ? — — —

ГАМЛЕТЪ.

Твой другъ Офелію отнын? оставляетъ.
Но можно ли тогда въ ночи покойно спать,
Когда велитъ судьба любезну покидать,
И быти ей врагомъ, врагомъ быть не ум?я,
Ниже къ вражд? вины мал?йшія им?я?
Ужасный сонъ! своихъ мечтавшихся мн? силъ,
Ты удареніемъ нещастна поразилъ!
Готовъ къ отмщенію; о сонъ! твоя мн? сила,
То, что исполнить, мн? уже опред?лила.

АРМАНСЪ.

Какую ты мечту — — —

ГАМЛЕТЪ.

Довольно безъ мечты
Ко гн?ву и того, что сказывалъ мн? ты.
Злод?йство Клавдія уже изобличенно,
Офеліинъ отецъ погибнетъ непрем?нно.
Отецъ мой убіенъ среди своей страны,
Не во пол?, на одр? лукавыя жены!
Котора много л?тъ жила съ нимъ безъ порока!
А льстецъ Полоній былъ орудьемъ злаго рока!
Полоній, сей, ково отецъ мой толъ любилъ!
О дщерь убійцына! почто теб? я милъ!
Почто мила ты мн?! почто я въ св?тъ родился,
Когда я своего отца, твоимъ лишился!
А ты отца теперь лишенна будешь мной.
Равна у насъ любовь, равна и часть съ тобой.
Армансъ! ты хочешъ знать, что Гамлету мечталось,
И кое зр?лище во мрак? представлялось?
Разставшися съ тобой, я въ храмин? стеналъ,
Хот?лъ заснуть; но сонъ отъ глазъ моихъ б?жалъ.
Отчаянье меня въ одр? моемъ терзало,
И ярость съ жалостью, чрезъ три часа м?шало,
Потомъ я скорбію несносной утомленъ,
Забылся и заснулъ тоской обремененъ.
Но сей покой мн? сталъ мукъ пущею виною,
Родитель мой въ крови предсталъ передо мною.
И плачя, мн? в?щалъ, о сынъ! любезный сынъ!
Познавъ вину моихъ нещастливыхъ судьбинъ,
Почто ты борешся съ разсудкомъ толь безчинно,
Или чтобъ и твое мн? сердце было винно?
Отмсти отцову смерть, и мщеньемъ утуши
Всегдашню жалобу стенящія души,
Прими Геройску мысль, отставъ д?да любовны,
Воззри на т?нь мою, и зри потоки кровны,
Которы предъ тобой изъ ребръ моихъ текутъ,
И проливаяся на небо вопіютъ.
Сей гласъ меня воздвигъ, ужасна т?нь пропала;
Но мнилось, что еще и въ яв? угрожала.

АРМАНСЪ.

Суля природ? дань, мать хочетъ пощадить:
Не можетъ я любовь того же сотворить?
Ты ум?ряючи свою къ Гертруд? злобу,
Винишъ злод?йство въ ней, но чтишъ ея утробу:
Полоній смерть приять достоинъ какъ злод?й;
Но, Гамлетъ! онъ отецъ возлюбленной твоей.
Она сей смертію съ тобою разлучится;
Пускай на Клавді? отмщенье совершится.

ГАМЛЕТЪ.

Гертрудою, Армансъ, я челов?комъ сталъ,
Полоніемъ отца на в?ки потерялъ,
Оставлю мать суду всевысочайшей власти.
И воспротивлюся своей негодной страсти.

АРМАНСЪ.

Колико горькихъ слезъ любезной ты прольешь!
Иль горести ея безъ жалости ты ждешь?
Ты самъ себ? влечешь тоскливо разлученье:
Какое приключить себ? и ей мученье!

ГАМЛЕТЪ.

Я б?дствіемъ своимъ хочу себя явить,
Что надъ любовію могу я властенъ быть.
Люблю Офелію, но сердце благородно
Быть должно праведно, хоть пл?нно, хоть свободно.

АРМАНСЪ.

Когда Офелія увидится съ тобой,
Я чаю прем?нишъ тогда разсудокъ свой,
И слабости свои невинныя познаешь.

ГАМЛЕТЪ.

Почто ея ты мн? толь живо представляешь!
Я вознам?рился не зр?ть ея въ сей день.
Воображайся мн? явившаяся т?нь!
Воззрите вы глаза къ родительскому гробу,
И умножайте днесь во мн? свир?пу злобу!
Ожесточите мя, какъ можете, теперь,
И дайте позабыть мн?, чья Офелья дщерь!

ЯВЛЕНІЕ III.

ГАМЛЕТЪ, АРМАНСЪ и ГЕРТРУДА.

ГЕРТРУДА.

Не немощь ли тебя какая удержала,
Что я тебя вчера день ц?лый не видала?
Едва зоря могла взойти на небеса,
И осв?тила валъ и дальныя л?са,
Гертруда не видавъ тебя вчера съ собою,
Сама пришла спросить, что зд?лалось съ тобою.
Не должно ли твоихъ отсутствіемъ притчинъ,
Знать матери всегда, любезн?йшій мой сынъ?
Но ты смущаешся, и очи смутны стали;
Не зд?лалося ли теб? какой печали?

ГАМЛЕТЪ.

Что я въ смущеніи, ты то могла узнать;
Не надобно уже того мн? открывать.

ГЕРТРУДА.

Не надобно; но что мой сынъ тому виною?
Теб? не надлежитъ такъ скромну быть со мною.

ГАМЛЕТЪ.

Молчи, и горести моей не умножай!

ГЕРТРУДА.

Что зд?лалось теб?, скажи, не сокрывай.
Ты сею тайностью, мой сынъ, меня терзаешъ:
Или себ? врагомъ Гертруду почитаешъ?

ГАМЛЕТЪ.

Я отъ тебя свое им?ю существо,
И бытъ теб? врагомъ претитъ мн? естество.

ГЕРТРУДА.

Но чемъ суровый сей отв?тъ я заслужила?
Не т?мъ ли, что тебя въ утроб? я носила?
О есть ли бъ твой отецъ въ сей жизни пребывалъ!
Чтобъ, видя насъ теперь, онъ Гамлету сказалъ!

ГАМЛЕТЪ.

На что ты предомной ево воспоминаешъ?

ГЕРТРУДА.

На что воспоминать ево мн? воспрещаешъ?
Онъ въ памяти моей пребудетъ навсегда:
Безъ слезъ ево конца не вспомню никогда.
Когдабъ ты не былъ младъ, и могъ бы царствомъ править;
Хот?лаль бы я, Князь, вдовство свое оставить?
На Царскій одръ, на тронъ, раба я вознесла;
Чтобъ лучше я твое насл?діе пасла.

ГАМЛЕТЪ заплакавъ.

О Боже! ты зришъ все, и все теб? изв?стно;
Какъ слышишъ ты изъ устъ ея толь слово лестно?
Ты кр?пость скромности со вс?мъ ужъ отняла,
И тайну въ сихъ слезахъ изъ сердца извела.

АРМАНСЪ.

Иль чувство отъ тебя, о Гамлетъ! отступаетъ!

ГАМЛЕТЪ.

Ужъ поздно мысль таитъ; Гертруда тайну знаетъ.
Докончивай свою богопротивну лесть,
И Клавдія спасай, докол? время есть.
Скажи ему, что я къ ево готовлюсь казни,
Прелюбод?йствуй съ нимъ не чувствуя боязни!
Не мни, что на тебя разверзся адскій з?въ,
И снидетъ рано ли, иль поздно вышній гн?въ.
Покойся въ роскошахъ, въ одр? окровавленномъ,,
Къ злод?йству и гр?ху тобой опред?ленномъ.
Не представляй себ? на память никогда,
Что въ пропасти тебя ждетъ в?чная б?да.
И есть ли не сыта ты, ахъ! напившись кровью;
Пожри еще меня сей мерзскою любовью,
И сокруши свой плодъ: онъ бытъ не можетъ милъ,
Когда родитель мой душ? твоей постылъ.
Но есть ли бъ естество въ томъ все мн? противлялось,
Тобъ сердце и тогда мое не убоялось;
Я больше не могу о жизни сожал?ть:
Пришелъ мой часъ, иду отмстить, иль умереть!

АРМАНСЪ остановляетъ ево.

Остановися зд?сь. Князь, что ты предпріемлешъ!
Ты въ иступленіи едину ярость внемлешъ.

ГАМЛЕТЪ.

Не внемлю ничего, лишъ мышлю объ отце:
Отецъ мой убіенъ! убійца зд?сь въ в?нц?,
Довольствуяся имъ противясь вышней вол?!
Онъ вм?сто казни зд?сь во слав?, на престол?!
Стени! тобой супругъ, тобою жизнь скончалъ.

ГЕРТРУДА.

Покровъ безстыдныхъ д?лъ Гертрудиныхъ ниспалъ,
Проклятая душа открылась предъ тобою,
Стыжусь слыть матерью, стыжуся слыть женою,
Стыжуся вспомянуть, что я, ахъ! челов?къ,
И лучшебъ было то, чтобъ мн? не быть во в?къ.
Н?тъ въ св?т? семъ къ моей уб?жища отрад?,
И н?тъ мученія достойнаго мн? въ ад?.
Гд? скрыться отъ стыда! куды свой гр?хъ понесть!
Откол? возвращу свою погибшу честь!
Страдать: жизнь мука мн?, хотя и скоротечна,
А смерть мн? мука же, но мука безконечна.
Въ отчаяніи семъ что можно мн? избрать!
Коль буду я еще во св?т? пребывать;
Все станетъ, что ни есть, меня изобличати,
И гр?хъ сод?янный на память представляти.
Когда, отчаянна, потщуся умереть;
Супруга умертвивъ, какъ я могу воззр?ть
Въ той жизни на него? и какъ предъ нимъ предстану?
Какъ буду данну зр?ть ему мечную рану!

АРМАНСЪ.

Признаніе вины къ прощенію усп?хъ;
Кто плачетъ о гр?х?, тотъ чувствуетъ свой гр?хъ.

ГАМЛЕТЪ.

Что въ томъ, что слезъ о немъ потоки проливаетъ?
Супруга плачемъ симъ она не оживляетъ.
Армансъ! въ сей часъ, какъ я съ тобою говорю,
Я т?нь на облакахъ въ воздушномъ мрак? зрю,
И слышу, что она по в?трамъ возглашаетъ:
Я стражду, а мой сынъ еще не отомщаетъ.

ГЕРТРУДА.

Не медли, отомщай! убійца предъ тобой.
Забудь, что мать твоя, казни своей рукой!
Не дай мученія на св?т? семъ терп?ти,
Стыдящейся, увы! на небеса воззр?ти;
Адъ проситъ добычи своей мой умъ пл?ня,
И огненна р?ка пылаетъ на меня.
Уже хотятъ приятъ жилищи мя подземны,
И въ глубин? на мя бунтуютъ вихри темны.
Разверзлая земля, падетъ во мглу сей домъ,
Сверкаютъ молніи и небо мещетъ громъ.
Б?ги, мой сынъ, сихъ м?стъ! ни кто въ нихъ ни спасется,
Б?ги, спасися ты, подъ ними твердь трясется.
Наполненъ мерзостью моею весь чертогъ,
И не присутствуетъ тамъ, гд? Гертруда, Богъ.

АРМАНСЪ.

Она изъ разума, о Гамлетъ! изступаетъ;
Природа ей помочь теб? повел?ваетъ!

ГАМЛЕТЪ.

Проси, чтобъ Богъ теб? вину твою простилъ.

ГЕРТРУДА.

Нельзя, чтобъ онъ мн? гр?хъ толь тяжкій отпустилъ.
Какова таковой ждать гр?шниц? прощенья?
Не можно изб?жать мн? в?чнаго мученья:
Пребудетъ гр?хъ на мн?, надежды больше н?тъ,
Разверсты пропасти, и адъ меня пожретъ.

АРМАНСЪ.

Какъ гр?хъ твой ни великъ, его щедрота бол?.
Предай себя, предай Его всемощной вол?:
Уйми смятеніе, гласъ къ небу вознеси,
И со смиреніемъ прощенія проси.

ГЕРТРУДА.

Господь изъ скверныхъ устъ молитвы не приемлетъ,
Стенанія сердецъ злод?йскихъ онъ не внемлетъ.

ГАМЛЕТЪ.

Взведи къ нему свои ты руки и взови!

ГЕРТРУДА.

Он? омочены въ супруговой крови.

АРМАНСЪ.

Безсмертный милосердъ, и гн?въ его смягчится,
Коль гр?шникъ передъ нимъ всемъ сердцемъ сокрушится.
Покайся, и коль смерть супругу ты дала,
Превысь блаженными злод?йскія д?ла.
Сступи съ пути сего, ужъ недалеко бездна,
Еще быть можетъ жизнь твоя теб? полезна,
Сступи, доколь она со всемъ не претечетъ;
Оттол? страждущимъ во векъ изхода н?тъ.

ГЕРТРУДА.

О Боже! есть ли я тебя не прогн?вляю,
Что по злод?йств? семъ на небеса взираю,
И гласъ изъ скверныхъ устъ ты можешъ возприять;
Пошли отъ горнихъ м?стъ свою Мн? благодать!
Не ввергни въ пропасть мя, гд? вверженнымъ въ т? смрады.
Не будетъ никогда мал?йшія отрады,
Куды не входитъ сонъ, единъ въ б?дахъ покой,
Гд? н?тъ ни на ково надежды никакой,
Гд? н?тъ желаннаго нещастнымъ смерти рока,
И н?тъ мученію отм?нности, ни срока!
О адъ! терзаніе моихъ блудящихъ думъ,
И т?мъ лишъ, что тебя я привожу на умъ,
Колеблется душа и нестерпимо стонетъ!
Чтожъ будетъ, какъ ея сіе мученье тронетъ!
Но, все, что ни страшитъ въ смятеніи меня,
Чево себ? ни ждетъ душа моя стеня,
Ни что въ толикій страхъ злочастну не приводитъ,
Какъ то, когда сіе на мысль мою приходитъ,
Что, ахъ! не буду зр?ть Творца я своего,
И буду пребывать я в?чно безъ него.

ГАМЛЕТЪ.

Когда сію ты казнь вс?хъ зляе почитаешъ;
Кратчайшими къ Творцу, путями притекаешъ.
Мученья лютаго страшится и злод?й;
Но стонетъ во гр?хахъ онъ о душ? своей,
Не для ради того, что Бога прогн?вляетъ,
К?мъ онъ на св?т? сталъ, и въ св?т? пребываетъ,
И вм?сто, чтобъ Творцу работать и служить,
Печется лишъ о томъ, чтобъ щастливо прожить;
Но что онъ углія глав?, своей готовитъ,
И краткимъ щастіемъ на в?чность б?дство ловитъ.

ГЕРТРУДА.

Не можемъ мы воздать и за одно сіе,
Что мы изъ ничего им?емъ бытіе;
Такъ въ пагубныхъ д?лахъ своихъ приявъ прощенье,
Мн? чемъ заслуживать толь злое согр?шенье?

АРМАНСЪ.

Пусти изъ глазъ своихъ потоки слезныхъ р?къ,
Остави св?тъ другимъ, и плачь въ пустыняхъ въ в?къ.

ГЕРТРУДА.

На все готова я; я городъ оставляю,
Который мерзостью своею наполняю.
Но мню, что оскверню и жительство зв?рей;
Я тигровъ превзошла жестокостью своей.

ГАМЛЕТЪ.

Не такъ жестоки ихъ свир?пствы и опасны:
Въ злонравіи своемъ мы паче ихъ ужасны,
Во гн?в? челов?къ лют?йшій самый зв?рь.

ГЕРТРУДА.

То видно и на мн? одной, мой Князь, теперь.
Въ безстыдныхъ сихъ д?лахъ, которыхъ ненавижу,
Препроводите мя отсель, дверей не вижу;
Хочу пребыть одна, хочу предъ Богомъ пасть:
А ты возприимай родительскую власть.

Конецъ перваго д?йствія.

Д?ЙСТВІЕ II.

ЯВЛЕНІЕ I.

КЛАВДІЙ и ПОЛОНІЙ.

КЛАВДІЙ.

Во вс?мъ я царствіи единаго зрю друга!
Изгнала днесь меня изъ сердца и супруга.
Раби не чувствуютъ любви ко мн?, лишъ страхъ
Еще содержитъ ихъ въ тиранскихъ сихъ рукахъ,
Когда природа въ св?тъ меня производила,
Она свир?пствы вс? мн? въ сердце положила.
Во мн? изкоренить природное мн? зло,
О воспитаніе! и ты не возмогло,
Се въ первый разъ во мн? суровый духъ стонаетъ,
И варварствомъ моимъ меня изобличаетъ,
И есть ли онъ когда въ злод?йствіи стоналъ;
То рвался, что еще на чью онъ жизнь алкалъ.

ПОЛОНІЙ.

Супруга — — —
КЛАВДІЙ.

Днесь она вину свою признала,
И Божество въ сей день смиренно призывала.
Она потоки слезъ лила предъ нимъ стеня,
И отвратилася, мн? вшедшу, отъ меня:
Поди, сказала мн?, нем?дленно отсел?,
И дай покаяться, докол? духъ мой въ т?л?;
Приди, сказавъ еще, и ты въ себя въ сей часъ,
Уже разверзлися днесь пропасти на насъ.
Восколебало мя ужасное то слово,
И сердце зд?лало къ разкаянью готово.
(Падъ на кол?ни:)
Се, Боже! предъ тобой сей мерзскій челов?къ,
Который срамотой одной наполнилъ в?къ,
Поборникъ истинны, безстыдныхъ д?лъ рачитель,
Врагъ твой, врагъ ближняго, убійца и мучитель!
Н?тъ силы больше д?лъ злод?йскихъ мн? носить;
Принудь меня, принудь прощенія просить!
Всели желаніе искать мн? благодати;
Я не могу въ себ? сей ревности сыскати!
Противныхъ божеству исполненъ вс?хъ страстей.
Ни искры добраго н?тъ въ сов?сти моей.
При покаяніи жъ мн? что зачати должно?
Мн? царствія никакъ оставить не возможно.
На чтожъ мн? каяться и извергати ядъ;
Коль мысли отъ тебя далеко отстоятъ?
(Возстаетъ.)

ПОЛОНІЙ.

Им?й великій духъ приявши скипетръ въ руки,
Будь мужественъ по гробъ, и не страшися муки.
Не тотъ отваженъ, кто идетъ безстрашно въ бой;
Но съ смертію и мукъ безстрашно ждетъ герой.
Забудь и св?тскія и Божески уставы.
Ты Царь противу ихъ посл?дуй правамъ славы.

КЛАВДІЙ.

Наполненъ злобою жизнь в?чную губя,
Будь бодръ мой томный духъ, и не щади себя!
Довольствуйся однимъ, ты Клавдій, щастьемъ св?та,
И ужъ не отрицай днесь пагубна сов?та!
Не представляй злыхъ сл?дствъ, и жизни сей конца;
Вся часть твоя есть честь державы и в?нца.
Наполнимъ щастіемъ зд?сь житіе толь кратко,
Чтобъ при конц? сказать: я жилъ на св?т? сладко.
Но кая фурія ст?сненну грудь грызетъ?
И кая скорбь во мн? всю внутренную рветъ?
О небо! не тревожъ меня, оставь въ поко?!
Уже не превратишъ мое ты сердце злое.
Не обличай меня, спасенья не хочу,
И что я зд?лалъ, то во ад? заплачу.

ПОЛОНІЙ.

Душа моя твоей посл?довать готова;
Умремъ безъ робости и не преступимъ слова.

КЛАВДІЙ.

Нам?ренье сіе я твердо предпріялъ;
Но чтобъ никто въ пути намъ щастья не стоялъ,
Я зрю противъ себя супругу нын? львицей.
Сокроемъ таинство убійствія съ Царицей.
Она разкаялась: кто знаетъ для чево?
Не для паденіяль, Полоній, моево?
Пойдемъ теперь противъ супругиной любови,
Не пощадимъ пролить мы и ея днесь крови!
Но прежде погубимъ насл?дника ея,
И взыдетъ въ Царскій одръ прекрасна дщерь твоя.

ПОЛОНІЙ.

Сія щедрота весь мой разумъ превосходитъ.

КЛАВДІЙ.

Усердіе, тебя въ толику честь возводитъ;
Когдажъ Офеліи я старъ явлюся быть,
Ты можешъ властію къ любви ея склонить.

ПОЛОНІЙ.

С?дины подъ в?нцемъ не могутъ быть прим?тны,
Со дщерію моей вы Царь единол?тны.

ЯВЛЕНІЕ II.

КЛАВДІЙ, ПОЛОНІЙ, ГЕРТРУДА и РАТУДА.

ГЕРТРУДА.

Вы вс? свид?тели моихъ безбожныхъ д?лъ:
Того противна дня, какъ ты на тронъ возшелъ,
Т?хъ пагубныхъ минутъ, какъ честь я потеряла,
И на супружню смерть нетронута взирала:
Свид?тельствуйте вы, что я слагаю гр?хъ,
Всещедрый Богъ мн? далъ въ сей день къ сему усп?хъ.
Не тщетно многи дни мысль умъ мой угрызала,
И челов?чество въ зло сердце возвращала.
Я плодъ съ него сняла признавъ свою вину:
А ты не почитай мя больше за жену;
Любовь произвела во мн? твое злод?йство!
Супружество мое съ тобой прелюбод?йство.
Признайся такъ какъ я, сложи съ главы в?нецъ,
И сотвори своимъ безстудіямъ конецъ.
Ты въ ненависти, Князь мой сынъ любимъ въ народ?,
Надежда вс?хъ гражданъ, остатокъ въ царскомъ род?.
Ты одръ отца его сугубо осквернилъ,
И тяжкимъ бременемъ все царство отягчилъ.
Нещастная страна вся кровью обагренна,
И трупіемъ своихъ сыновъ отягощенна.
Колико много слезъ ты пролилъ б?дныхъ женъ,
Сыновъ, и дочерей, отъ самихъ т?хъ временъ,
Какъ честь мою любовь скверн?йша поглотила,
А я тебя на тронъ Монаршескій пустила!
О какъ тогда, о какъ не сшедъ на землю громъ,
И съ нами не упалъ нашъ оскверненный домъ!
Какъ ст?ны нашихъ сихъ чертоговъ не тряслися!
И какъ мы въ таковомъ гр?х? съ тобой спаслися!
Помысли Клавдій ты, какъ Вышній терп?ливъ:
И я жива, и ты еще по всемъ томъ живъ.
Отецъ въ немъ милосердъ, судья въ немъ преужасенъ:
По смерти гр?шныхъ вопль есть позденъ и напрасенъ.

КЛАВДІЙ.

Ты хочешъ, чтобъ твой сынъ на мой престолъ возшелъ,
И предъ народомъ вс?мъ мн? судіею с?лъ?
Я слышу изъ твоихъ устъ р?чь не обычайну,
И мню, что ты ему открыла нашу тайну.
Какъ ты ево отца дерзнула умертвить,
Я зрю, что и меня такъ хочешъ погубить.

ГЕРТРУДА.

Не о злод?йствіяхъ я мысль уже им?ю,
Но о гр?х? твоемъ стеню и сожал?ю,
Которому и я сообщница была,
И поводъ твоему убійству подала,
Не ждавъ злой сов?сти посл?дующей муки,
И ахъ! въ супруговой крови багрила руки.
Хотяжъ въ семъ д?л? я виновна больше васъ,
Но ту вину съ меня сложилъ единый часъ,
Въ который облака я гласомъ проницала,
И со смиреніемъ на небеса взирала.
Сложите такъ и вы тяжелы бремена,
Отпустится и вамъ, какъ мн? сія вина,
Я св?тъ покину въ в?къ, и скроюсь въ л?сы темны,
Жилищи будутъ тамъ пещеры мн? подземны,
Оставь и ты свой скиптръ, а ты свой пышный санъ,
Оставленный вамъ в?къ еще на пользу данъ.
Вы симъ и ненависть въ народ? изтребите,
Что къ собственной своей вы пагуб? губите,
Не таковы въ другихъ суть жестоки сердца,
Чтобъ изтребить пеклись они васъ до конца.
Примите только вы иныя въ жизни м?ры.
Враговъ своихъ прощать есть должность нашей в?ры.

ПОЛОНІЙ.

Кому прощать Царя? народъ въ ево рукахъ.
Онъ Богъ, не челов?къ, въ подверженныхъ странахъ.
Когда кому даны порфира и корона,
Тому вся правда власть, и н?тъ ему закона.

ГЕРТРУДА.

Не симъ есть праведныхъ наполненъ умъ Царей:
Царь мудрый есть прим?ръ всей области своей;
Онъ правду паче вс?хъ подвластныхъ наблюдаетъ,
И вс? свои на ней уставы созидаетъ,
То помня завсегда, что кратокъ смертныхъ в?къ.
Что онъ въ величеств? такой же челов?къ,
Раби его ему любезныя суть чады,
Отъ скипетра его ліется токъ отрады.
Милъ праведнымъ на немъ и страшенъ злымъ в?нецъ.
И не приближится къ его престолу льстецъ.
А ты, о ядъ Царя! злод?й всего народа,
Котораго имъ въ казнь извергнула природа!
Докол? во гр?хахъ сихъ будетъ утопать?
И долго ли Царя къ мученью поощрять?
Иль ты терп?ніе Господне презираешъ.
И устремительно на ярость прелагаешъ?
Уже и такъ Творца ты варваръ раздражилъ,
Брегись, чтобъ вскор? онъ тебя не поразилъ.
Онъ терпитъ; но терп?ть когда нибудь престанетъ,
И въ часъ, когда не ждешъ, въ твою погибель грянетъ.

КЛАВДІЙ.

Оставимъ зд?сь ея, она теряетъ умъ;
Дадимъ свободу ей къ собранью прежнихъ думъ.

ЯВЛЕНІЕ III.

ГЕРТРУДА и РАТУДА.

РАТУДА.

Воспомни о своемъ теперь Царица сын?.
Оставь злод?евъ сихъ, предъ нимъ признайся нын?.
Открой то Гамлету, что въ сердц? ты таишъ!
Да т?нь супругову въ семъ Княз? утолишъ.
Трони ево ты слухъ плачевными словами!
И разр?ши свой гр?хъ сыновними устами.

ГЕРТРУДА.

Мой сынъ ув?домленъ, не знаю чрезъ ково;
И тайнаго ужъ н?тъ предъ Княземъ ничево.
Не знаю, кто и какъ мою могъ сведать скверность,
И таинство пронзить, познавъ мою нев?рность.
Я говорила съ нимъ о мерзостяхъ своихъ,
Лишъ не открыла вс?хъ подробностей д?лъ сихъ.

РАТУДА.

Довольно. Будь предъ нимъ въ подробностяхъ безсловна,
Армансъ то знаетъ все, а я тому виновна;
Но мню, что то никакъ не можетъ быть виной,
Что въ пользу для тебя произвелося мной.
Отъ дней, какъ д?йствіе то учинилось странно,
Я весь терзалась годъ, терзаясь непрестанно.
Днесъ правость на конецъ мой умъ въ полонъ взяла,
И молчаливости оковы прервала.

ГЕРТРУДА.

Н?тъ винности твоей.

РАТУДА.

Свид?тельствуя рану,
Супругу твоему въ одр? Полоньемъ дану,
Котору я омыла омыть принуждена,
Таилась я, что я была устрашена
И кто бы таковой, въ томъ в?стниц? пов?рилъ?
Полоній плачучи предъ вс?ми, лицем?рилъ,
В?щая вс?мъ, что твой возлюбленный супругъ,
Естественно въ одр? своемъ скончался вдругъ,
И что ево сокрыть была сія притчина,
Чтобъ не пуститъ ево умерша вид?ть сына,
И пущей жалости ему не приключить,
Котора безъ того велика зр?лась быть!
О в?рности ево никто не сумн?вался,
И вымыслъ злой души за правду показался.
Полоній до сего свирепости таилъ:
Какъ агнецъ былъ сей тигръ, и Царь ево любилъ:
Хотя бы вс? м?ста я града об?гала,
И съ плачемъ истинну народу возв?щала;
Ктобъ дерзость такову, Царица, могъ им?ть,
Что бъ вшелъ онъ въ твой чертогъ, на т?л? ранъ смотр?ть?
Ты радовалася, ник?мъ тогда не зрима,
Какъ мнилась быть твоя печаль неутолима.
Тиранъ задумчивъ былъ, какъ въ горестны часы,
Полоній на себ? терзалъ тогда власы.
Свир?пство было въ немъ прехитро прежде скрыто,
Но ахъ! чьи льстятъ уста, въ томъ сердце ядовито!

ГЕРТРУДА.

Какимъ порядкомъ ты съ Армансомъ р?чь вела,
И полную ли в?сть о д?л? зломъ дала?

РАТУДА.

Все такъ, какъ было то, Армансу я сказала,
Какъ многажды о томъ изъ устъ твоихъ слыхала:
Какъ Клавдій вашъ союзъ съ супругомъ разрушалъ,
И какъ ево теб? нев?рности внушалъ,
Которыхъ, какъ я мню, конечно не бывало.
Какъ сердце на него твое ожесточало.
Какъ многажды тебя къ убійству онъ влачилъ,
И какъ Полонія съ собою согласилъ,
И погубилъ Царя въ средин? ночи спяща,
Въ кр?пчайшемъ сн?, въ твоемъ объятіи лежаща.

ГЕРТРУДА.

Скончай Ратуда р?чь, тоски духъ вонъ влекутъ:
Я не могу себ? представить т?хъ минутъ.
Когда бы ты въ тотъ часъ Ратуда пробудилась,
Ты бъ взоръ свой на меня возвергнуть усрамилась:
А я то вид?ла безъ слабости тогда.

РАТУДА.

И тотъ единый часъ терзаетъ мя всегда,
Когда смятеніе мя ваше разбудило — — —
Какое зр?лище передо мною было!

ГЕРТРУДА.

Я представляю то теперь какъ адъ себ? — — —
Оставь мя, я тотчасъ посл?дую теб?.

ЯВЛЕНІЕ IV.

ГЕРТРУДА одна.

О дремлющая т?нь супруга умерщвленна!
Что сотворила я, и что речетъ вселенна,
Когда представятся ей вс? д?ла мои,
И въ нихъ проклятыя злод?йствія сіи!
Другимъ нещастливымъ въ случаяхъ самыхъ строгихъ,
Отрада, что они жал?емы отъ многихъ.
А обомн? уже кто станетъ сожал?ть?
Кто можетъ на меня съ щедротою воззр?ть?
О Царь мой! о супругъ! когда назвать такъ см?ю,
И право имени сего еще им?ю:
По возпріятіи мн? милости съ небесъ,
Когда раскаянье, стенанія, токъ слезъ,
И, сей отъ сердца гласъ, который я приемлю,
Удобны до тебя дойтить пронзивши землю;
Прими прошеніе толь смрадныя души,
И жалобу свою въ томъ св?т? утиши!
Когдабъ я жизнь свою могла скончать безгр?шно;
Я бъ съ радостью теб? посл?довала сп?шно;
Но ахъ! законъ и свой животъ прес?чь претитъ,
И самовольну смерть мученіемъ платитъ;
Такъ дай посл?довать божественну уставу,
И смерти ожидать покинувъ царску славу!
Ратуда ждетъ меня: что д?лаетъ мой сынъ?
И н?тъ ли страха тамъ? съ Армансомъ онъ одинъ.

Конецъ втораго д?йствія.

Д?ЙСТВІЕ III.

ЯВЛЕНІЕ I
ПОЛОНІЙ и ОФЕЛІЯ.

ПОЛОНІЙ.

Возлюбленная дщерь, посл?докъ рода славна!
О дщерь! твоя мн? жизнь всегда въ ум? мысль главна.
Ужъ я состар?лся, и дни къ концу веду.
Предстать на страшный судъ, и смерти вскор? жду,
Кто будетъ о теб?, какъ я умру, стараться?
Кто знаетъ, въ каковомъ жить? теб? остаться?
И можетъ быть пойметъ супругъ тебя такой,
Которымъ безъ меня затмится корень мой.
Вступи въ супружество при мн?, и дай мн? зр?ти,
Какую ты по мн? зд?сь будешъ часть им?ти.
Согласналь ты на то? а я теб? явлю,
Какія для тебя я способы ловлю.

ОФЕЛІЯ.

Но кто есть сей супругъ, котораго желаешъ
Ты дочери своей? ково мн? представляешъ?

ПОЛОНІЙ.

Кто вознесетъ тебя на сей высокій тронъ.
Теб? являются слова сіи какъ сонъ,
Однако будетъ такъ.

ОФЕЛІЯ.

Я радостно внимаю,
И кто онъ, я теперь уже разум?ваю.
Въ какомъ я щастіи на св?т? буду жить!
Хочу въ толь славно мн? супружество вступить.
Когда толь щастлива Офеліина доля;
Да будетъ въ томъ твоя непрекословна воля.

ПОЛОНІЙ.

Я зрю, что р?чи ты моей не поняла;
Не Гамлетъ будетъ то, ты щастьемъ назвала,
Кто суетно в?нца и скиптра ожидаетъ.
Надежда иногда и тщетно услаждаетъ.

ОФЕЛІЯ.

Почто ты возмутилъ духъ щастіемъ взманя?
Приятная мечта! ты скрылась отъ меня!
Надежда отошла и мысли помрачила,
Желанна мною честь лишъ сердце отягчила.
Мн?, на престол? быть, иной дороги н?тъ.
Инова дочь твоя супружества не ждетъ.

ПОЛОНІЙ.

Какая зд?лалась во всей теб? тревога!
Не с?туй, къ трону есть еще теб? дорога,
Которой ты еще скоряе притечешь.

ОФЕЛІЯ.

Напрасно мысль мою къ надежд? ты влечешъ;
Иной дороги н?тъ.

ПОЛОНІЙ.

Но будь ты терп?лива.
Я радуюсь, что мысль въ теб? толь горделива,
И вижу изъ сего, что ты достойна быть
Моею дочерью, и титло то носить!
Есть способъ быть теб? Офелія Царицей.

ОФЕЛІЯ.

Н?тъ больше способа, а я умру д?вицей!

ПОЛОНІЙ.

А ежели нашъ Царь супругъ твой будетъ самъ!
И естьли Клавдій то и об?щалъ ужъ намъ?

ОФЕЛІЯ.

Нашъ Царь? — — супругомъ мн?? — — иль мы живемъ въ поганств??
Когда бывало то донын? въ Христіянств??
Законъ нашъ дв? жены им?ти вдругъ претитъ.

ПОЛОНІЙ.

Гертрудиной рукой супругъ ея убитъ.
Ратудою уже убійство обличенно,
И все злод?йствіе жены Царю внушенно.
По семъ изв?стіи какъ можетъ съ ней онъ жить?
Когда она ево дерзнула погубить;
Такъ можетъ жизнь отнять у него подобно.

ОФЕЛІЯ.

Жена могла им?ть, жена толь сердце злобно
Къ супругу своему! я в?рить не могу.

ПОЛОНІЙ.

Ты знаешъ, какъ я честь Офеліи брегу!
Коликобъ было то Полонію безславно,
Когдабъ онъ сонъ сказалъ теб? за д?ло явно!

ОФЕЛІЯ.

Такъ чтожъ нам?ренъ Царь съ Гертрудой учинить!

ПОЛОНІЙ.

Оставити ей честь, и тайно умертвить.

ОФЕЛІЯ.

По сихъ нам?реньяхъ ево страшуся зрака;
Я тако не хочу, съ Монархом св?та, брака.

ПОЛОНІЙ.

Толико щастливу ты отметая часть,
Офелія влечетъ Полонія въ напасть

ОФЕЛІЯ.

Ты мн? отец, и ты далъ сердце мн? такое,
Что гнусно передъ нимъ нам?реніе злое.
Я слыша, трепещу, толико странну в?сть.
Что мн? недорого, всево дороже честь.
Царица пусть умретъ, когда умретъ ей должно;
Но мн? бытъ царскою супругой не возможно.
Не будетъ! что бы я свой долгъ пренебрегла,
Я доброд?тельно всю жизнь свою жила.
Не соглашаюся я въ тайн? вашей съ вами,
И къ трону не пойду кровавыми стопами.
Скажи Царю, чтобъ онъ на одръ меня не ждалъ,
И съ сей надеждою въ убійство не вступалъ.
Когда бы ярости въ немъ сердце не им?ло;
И въ правосудіибъ оно о ней жал?ло:
Гд? жалость, гд? любовь въ суровости такой?
Она еще жива; онъ ищетъ ужъ другой.

ПОЛОНІЙ.

Подобьемъ таковымъ младенцы рассуждаютъ,
Которы вс? д?ла гр?хами поставляютъ,
И что безуміе женъ старыхъ имъ втвердитъ,
Все мыслятъ, что то имъ въ нихъ сов?сть говоритъ.

ОФЕЛІЯ.

Я суев?рія съ закономъ не м?шаю,
И Бога чистою душею почитаю;
Который въ естесть? мн? доброд?тель влилъ,
И откровеніемъ меня въ ней утвердилъ.

ПОЛОНІЙ.

Когда полезныя сов?ты я теряю,
Ты дочь, а я отецъ! такъ я повел?ваю.

ОФЕЛІЯ.

Не принуждай ты дочь противиться себ?,
И помни, какъ была послушна я теб?.

ПОЛОНІЙ.

Знай, я тебя уже Царицей нарицаю,
А инако тебя за дочь не принимаю.

ЯВЛЕНIЕ II.

ОФЕЛІЯ одна.

За васъ любезна честь, и Гамлетъ дорогой,
За васъ прогн?вался на мя родитель мой!
Теб?, о честь! я жизнь до смерти посвятила,
Тебя, мой Князь! по смерть я въ сердц? заключила.
Хотябъ за васъ мн? жизнь случилось погубить,
Ничто не можетъ въ в?къ во мн? васъ истребить.
Съ тобою буду, честь, жить въ б?дности, въ напасти,
Довольняй какъ лишась тя, въ лутчей смертной части,
Въ великол?піи, въ порфир? и въ венце.
За васъ, увы! за васъ, злод?я зрю въ отц?!
А ты, дражайшій Князь! хотя моимъ не будешъ,
Я знаю, что меня во в?ки не забудешъ.
Будь Царь, или не будь, хотя бъ ты былъ и рабъ,
Офелія тебя любила и тогда бъ.

ЯВЛЕНІЕ III.

ОФЕЛІЯ, ГАМЛЕТЪ и АРМАНСЪ.

ГАМЛЕТЪ съ обнаженною шпагою.

Умрите вы теперь мучители, умрите!
Пришелъ вашъ лютый часъ — — — но что вы очи зрите!
Офелію — — — въ какой пришла сюды ты часъ!
Сокрой себя отъ Гамлетовыхъ глазъ!

ОФЕЛІЯ.

Что зд?лалось теб?? и для чего мн? крыться?
Что такъ понудило тебя на мя озлиться?
Всегдашнее мя зр?ть желанье отм?ня,
Иль ты злод?йкою, Князь, ставишь и меня?
Какую я теб? досаду показала?
За что любезный Князь теб? противна стала?
Днесь шлетъ Офелью прочь, а прежде самъ искалъ.
За что ты толь свир?пъ мн? вдругъ, о Гамлетъ! сталъ!
Мой разумъ омраченъ, и вс? трепещутъ члены:
Скажи причину мн? сей странныя прем?ны.

ГАМЛЕТЪ.

Возстаньте на меня вы вс? случаи вдругъ,
Которы можете еще смутить мой духъ!
Вс? скорби, вс? б?ды, зберитесь совокупно,
Терзайте б?днаго и мучте неотступно!
Терзайте, что бы жизнь моя скоряй прешла,
И томная бъ душа спокойствіе нашла!

ОФЕЛІЯ.

Мя кажда р?чь теперь, изъ устъ твоихъ, пронзаетъ,
И кажда быть твоей надежду отнимаетъ.
Дай помощь въ слабости, въ тоск? душ? моей,
И сжалясь вниди въ страсть возлюбленной своей!

ГАМЛЕТЪ.

Н?тъ жалости уже во мн? немилосердомъ.
И больше не ищи любови въ сердц? твердомъ,
Затворены пути лучамъ очей твоихъ,
Не чувствую уже заразовъ дарагихъ.
Смотри, въ какой я сталъ Офелія судбин?:
Я вс?ми напоенъ свир?постями нын?.

ОФЕЛІЯ.

Такъ ты ту Князь любовь, котору ощущалъ,
Изъ серца своего со вс?мъ уже изгналъ,
Любовь, что быть должна, была до сама гроба?
Какой преступокъ мой, иль паче кая злоба,
Понудила тебя сей пламень истребитъ?
Возможно ли теб? Офелью не любить?
Гд? будутъ клятвы т?, которы я слыхала,
И дни, которыхъ я ут?шно ожидала?
Какой я врагъ теб?? теб? мой нравъ знакомъ:
Слыхалъ ли отъ меня ты вредну р?чь о комъ?
Какими обличить могу себя я п?ньми?
Злод?й возходитъ къ злу невдругъ, всегда степеньми.
А я иль разв? вс?хъ тирановъ превзошла.
Или къ погибели другова не нашла;
Чтобъ на тово, ково толь много я любила,
На перьваго свои свир?пствы обратила.

ГАМЛЕТЪ.

Не множь отчаянья, жестокимъ не зови;
Я можетъ быть достоинъ сей любви,
Которая мою жестокость умаляетъ,
И ахъ! нам?ренье мое опровергаетъ.

ОФЕЛІЯ.

Скажи мн?, кто враги твои, мой Князь драгой!
И почему я въ ихъ число кладусь тобой!
Ужъ не отецъ ли — — — ахъ! ты очи отвращаешъ!
О Гамлетъ! Гамлетъ! что ты днесь предпринимаешъ!

ГАМЛЕТЪ.

На доброд?тели, я въ ярость не вступлю,
А беззаконія я больше не стерплю.

ОФЕЛІЯ.

Такъ гн?ва твоего уже причину знаю;
Но виннымъ Клавдія въ семъ д?л? почитаю — — —

ГАМЛЕТЪ.

Конечно знаешъ все: се новый громъ ушамъ!
И ты причислилась, и ты къ моимъ врагамъ!

ОФЕЛІЯ.

Н?тъ, я теб? в?рна и въ в?къ не прем?нюся;
А въ злоб?, знай, что я ни съ к?мъ не соглашуся.

ГАМЛЕТЪ.

Кто слышачи молчитъ о мерзостныхъ д?лахъ;
Недоброд?теленъ, но лютъ въ моихъ глазахъ.
Разбойникъ такъ какъ тотъ, ково кто умерщвляетъ.
И тотъ, кто в?дая ту тайну, сокрываетъ.
Когдабъ, что слышу днесь, того я не слыхалъ
Я бъ доброд?тельной дщерь вражью почиталъ!
Но слышачи сіе, почтеніе теряю.
Какой я въ т?л? духъ прекрасномъ обр?таю?
Теб? изв?стно то.

ОФЕЛІЯ.

Им?лаль время я,
То возв?стить теб?? о горька часть моя!
При семъ ты разсуди, Полоній ли въ томъ виненъ,
Когда тиранъ сихъ странъ толь злобенъ и безчиненъ?
Хоть праведно твоя суда достойна мать — — —

ГАМЛЕТЪ.

Не сыну, матери безчинство отомщать,
А ты, то знаючи, передомной; молчала,
И гр?хъ ихъ отъ меня годъ ц?лый сокрывала!

ОФЕЛІЯ.

Годъ ц?лый? — — — я то все услышала въ сей часъ,
И уничтожила родительскій приказъ,
По что два д?ла ты въ едино сообщаешъ?
Ты симъ меня, мой Князь, безм?рно удивляешъ!

ГАМЛЕТЪ

Ты всю см?шала мысль: я не могу понять,
Какъ должно по твоимъ р?чамъ мн? разсуждать.
Офелья! тайны той, клянуся, что не знаю,
Котору предъ тобой съ убійствомъ сопрягаю.

ОФЕЛІЯ.

И мн? твои слова непостижимы днесь.
Внемли возлюбленный сего порядокъ весь;
Но внидемъ въ храмину мою, зд?сь быть ужасно.
Уже съ тобою, Князь, мн? явно быть опасно.

ЯВЛЕНIЕ IV.

АРМАНСЪ и РАТУДА.

РАТУДА.

Армансъ! готовъ ли Князь, свой скипетръ взятъ, ийти,
И изъ подбремени народъ свой извести?
Царица Клавдія на в?ки оставляетъ,
И взоръ свой отъ него всем?стно удаляетъ.
Благополученъ день, благословенъ сей часъ,
Въ которы д?ло ихъ открылося чрезъ насъ.
А я не мню, чтобъ я предъ нимъ виновна стала,
Что долго отъ него я то утаевала.
Опасности и страхъ притчина сей вин?.
Тиранъ ужасенъ вс?мъ, и преужасенъ мн?.

АРМАНСЪ.

Князь, слабость такову, отъ зв?рства отд?ляетъ,
И молчаливость ту Ратуд? отпускаетъ.
Но что Гертруда днесь себ? предприняла?

РАТУДА.

Въ пустыняхъ обитать нам?ренье взяла,
И ждетъ, чтобъ сына лишъ увид?ть ей на трон?,
Къ спокойству Даніи въ родительской корон?.
Но что ему взойти на свой престолъ претитъ?

АРМАНСЪ.

Доколь съ нимъ истинна народъ не съединитъ,
Вс? предпріятія ево Ратуда тщетны;
Въ пути ему стоятъ препятствія безсм?тны.
Уже я множеству народа то открылъ,
И силою присягъ въ нихъ тайну заключилъ.
Одно лишъ то меня тревожа устрашаетъ,
Что Князь разгн?ванный терп?ніе теряетъ.
Ужъ алчный мечъ ево былъ въ гн?в? обнаженъ,
И на враговъ ево жестоко устремленъ.
Но иль нещастье ихъ еще отъ нихъ б?жало,
Иль щастіе ево ему то даровало,
Что м?чъ безъ добычи въ влагалище вм?щенъ,
И въ ярости изъ нихъ никто не пораженъ.

РАТУДА.

Не зр?ли ли они меча тогда?

АРМАНСЪ.

Не зр?ли.

РАТУДА.

Пекитесь, что бы вы усп?хъ въ сей день им?ли!

ЯВЛЕНІЕ V.

АРМАНСЪ одинъ.

Снимай желанный часъ съ народа бремена,
И скончевай страны сей злыя времена!
Дай небо, чтобъ жилъ Князь съ Офельей неразлучно,
И правилъ скипетромъ своимъ благополучно!

ЯВЛЕНІЕ VI.

ГАМЛЕТЬ и АРМАНСЪ.

ГАМЛЕТЪ.

Армансъ! любезный другъ! мой духъ со вс?мъ смущенъ!
Я жалостью опять, какъ прежде, напоенъ!
Чьи мысли таковы удобны быть жестоки,
Чтобъ онъ нетронутъ былъ, когда текутъ потоки,
Изъ предражайшихъ глазъ, возлюбленной ево?
Жал?й Армансъ, жал?й ты друга своево;
Но ахъ! не умножай моей негодной страсти:
Я тщуся поб?дить любовь въ моей напасти!
Хотя любовь меня меня колеблетъ и стыдитъ;
Но можетъ быть еще со вс?мъ не поб?дитъ.
Ахъ, Гамлетъ! ты себя напрасно величаешъ;
Уже подъ игомъ ты ея изнемогаешъ?
Твой разумъ естество почти превозмогло.
О долгъ! о красота! о коль терп?ть мн? зло!
Что д?лать? что начать? Офелья умоляетъ,
Чтобъ я ум?рилъ гн?въ, и слезы проливаетъ.
Оставь меня, и дай еще мн? размышлять,
Что должно въ таковомъ мученіи начать.

АРМАНСЪ.

Ты горести своей вдаешся неразсудно.

ГАМЛЕТЪ.

Не можно вобразить, какъ мн? терп?ти трудно.

ЯВЛЕНІЕ VII.

ГАМЛЕТЪ одинъ.

Что д?лать мн? теперь? не знаю, что зачать.
Легколь Офелію на в?ки потерять!
Отецъ! любовница! о имена драгія!
Вы были щастьемъ мн? во времена другія.
Днесь вы мучительны, днесь вы несносны мн?;
Предъ к?мъ нибудь изъ васъ мн? должно быть въ вин?.
Предъ к?мъ я преступлю? вы мн? равно любезны:
Здержитеся въ очахъ моихъ потоки слезны!
Не зрюсь способенъ быть я къ долгу своему,
И н?тъ пристанища блудящему уму
(Хватается за шпагу.)
Въ теб? единомъ, мечъ, надежду ощущаю,
А праведную месть я небу поручаю.
Постой — — — великое днесь д?ло предлежитъ:
Мое сей т?ло часъ съ душею разд?литъ.
Отверсть ли гроба дверь, и б?дствы окончати?
Или во св?т? семъ еще претерп?вати?
Когда умру; засну, — — — засну и буду спать?
Но что за сны сія ночь будетъ представлять!
Умреть — — — и внити въ гробъ — — — спокойствіе прелестно;
Но что посл?дуетъ сну сладку? — — — неизв?стно.
Мы знаемъ, что судитъ намъ щедро Божество:
Надежда есть, духъ бодръ; но слабо естество.
О смерть! противный часъ! минута вселют?йша!
Посл?дняя напасть, но вс?хъ напастей зл?йша!
Воображеніе мучительное намъ!
Неизреченный страхъ отважн?йшимъ серцамъ!
Единымъ именемъ твоимъ вся плоть трепещетъ.
И отъ пристанища опять въ валы отмещетъ.
Но есть ли бы въ б?дахъ зд?сь жизнь была в?чна;
Ктобъ не хот?лъ им?ть сего покойна сна?
И кто бы могъ снести зла щастія гоненье,
Бол?зни, нищету, и сильныхъ нападенье,
Неправосудіе безсов?стныхъ судей,
Грабежъ, обиды, гн?въ, нев?рности друзей,
Вліянный ядъ въ серца великихъ льсти устами?
Когдабъ мы жили въ в?къ, и скорбь жилабъ въ в?къ съ нами.
Во обстоятельствахъ такихъ намъ смерть нужна;
Но ахъ! во вс?хъ б?дахъ страшна она.
Какимъ ты естество суровствамъ подчиненно!
Страшна — — но весь сей страхъ прейдетъ — — прейдетъ мгновенно.
Умри! — — — но что потомъ въ нещастной сей стран?,
Подъ тяжкимъ бременемъ народъ речетъ о мн??
Онъ скажетъ, что любовь геройство поб?дила,
Что я мн? данну жизнь безславно окончалъ,
И малодушіемъ токъ крови проливалъ,
Котору за него пролить мн? должно было.
Успокоеніе! почто ты духу льстило?
Не льзя мн? умереть; исполнить надлежитъ,
Что сов?сти моей днесь истинна гласитъ.
А ты отчаянну Гертруда въ мысль не впала,
Жестокость Клавдія на тебя возстала.
Войдемъ, и скажемъ ей, чтобъ Клавдія бреглась;
Чтобъ только кровь однихъ тирановъ пролилась.

Конецъ третьяго д?йствія.

Д?ЙСТВІЕ ІV.
ЯВЛЕНІЕ I.
ОФЕЛІЯ и ФЛЕМИНА.

ОФЕЛІЯ, платкомъ отирающая слезы.

Пускай ліются слезъ изъ глазъ моихъ потоки,
Пускай отъемлютъ жизнь бол?зни прежестоки,
О м?сто полно б?дствъ! позоръ прескверныхъ д?лъ!
Колико мерзостей въ тебя отецъ мой ввелъ!
Почто отъ такова отца я родилася?
Отъ камня лутчебы Офелія взялася.
А ты тщеславіе, неправедная честь,
Чтобъ выше вс?хъ людей себя предъ тронъ вознесть,
Желаніе по гробъ, ненасытимой власти!
Источникъ и вина всея моей напасти!
Къ чему прельщала духъ Полоніевъ, къ чему?
Коль не къ нещастію злосердно моему.
Когда повел?вать душа его желала;
Подъ скипетромъ моимъ ту бъ славу восприяла.
Хотяжъ бы Царскій в?къ еще и дологъ былъ;
Мой Князь и при Цар? бъ ему то испросилъ.
О отче мой! ты смерть себ? приготовляешъ,
И въ преисподнюю въ сей день себя ввергаешъ.
О небо! какъ сіе мн? бремя мочь снести,
Уже я не могу родителя спасти;
Моихъ прошеній Князь уже не принимаетъ,
Стенаніи своей любезной презираетъ;
Не могутъ жалобы мои ево тронуть:
Стезями т?ми же идетъ въ начатый путь.

ФЛЕМИНА.

Дай время ярости, докол? мысли люты.
Прейдутъ сіи, прейдутъ жестокія минуты.
Я вид?ла, когда отъ комнатъ нашихъ шелъ,
Какую жалость онъ въ очахъ своихъ им?лъ.
Любовникъ въ т? часы, когда онъ жесточаетъ,
Противиться во всемъ сей н?жной страсти чаетъ,
И хочетъ быти рабъ разсудка своево;
Но тщетны мысли т?! любовь сильняй всево.

ОФЕЛІЯ.

Не разсужденіе; но гн?въ ево опасенъ,
И можетъ бытъ что плачь мой: былъ предъ нимъ напрасенъ.
И есть ли мой отецъ отъ Гамлетовыхъ рукъ,
Увы! пойдетъ во гробъ; колико дастъ мн? мукъ!
Я буду уб?гать любезн?шаго зрака,
Не будетъ для меня сего желанна брака,
Не будетъ радостей, которыхъ я ждала,
Надежды сей лишусь, въ которой я жила,
Приятны вздохи мн? вс? въ вздохи обратятся,
Веселости мои въ печали претворятся.
Но кая тщетна мысль еще меня бодритъ!
И кая мя еще надежда веселитъ!
Нещастный челов?къ пустымъ себя прельщаетъ,
И изъ отчаянья надежду извлекаетъ,
Безпрочной суеты, намъ неслужащий даръ.
Какой уже, какой въ истл?вшемъ пепл? жаръ!

ФЛЕМИНА.

Приятняй сонца св?тъ, когда пройдетъ ненастье,
И слаще сладка жизнь, когда пройдетъ нещастье.
Кто знаетъ для чево случаи таковы:
Не для познаніяль ево — — —

ОФЕЛІЯ.

Увы!
Не льсти Флемина мн? ты частію иною.
Но кое зр?лище! отецъ мой предомною.
Поди отсель.

ЯВЛЕНІЕ II.

ОФЕЛІЯ и ПОЛОНІЙ.

ПОЛОНІЙ.

О дщерь! любовь мою храня,
Хранишъ ли подлинно? достойналь ты меня?
Скажи, ещель я дочь возлюбленну им?ю?

ОФЕЛІЯ.

Я истребить любви къ любимымъ не ум?ю;
Но естьли то любовь, чтобъ должность погубить;
Такъ знай, что никово я не могу любить.

ПОЛОНІЙ.

Ты думаешъ, что я свой долгъ позабываю,
И къ неполезному дщерь д?лу понуждаю,
Уставы естества и св?тскія губя,
И симъ безчестіе взлагаю на себя.
Страшись и ощущай мою немилость в?чну;
Я въ ярость прем?ню любовь къ теб? сердечну.
И естьли моево не хочешъ гн?ва несть;
Предупреждай сей гн?въ докол? время есть.

ОФЕЛІЯ.

Ахъ! ты предупреждай гн?въ неба; в?къ прелестенъ,
Но ахъ! конецъ ево намъ смертнымъ не изв?стенъ.
Къ погибели твоей я трона не ищу,
И на престолъ вступить безчинно не хощу.
Помысли сверьхъ того, всель можно утаити:
А ярость праведну не можно утолити.
Не гн?вайся, что я въ разсудк? такова.
Непослушаніе, противныя слова,
Отъ доброд?тельной души моей исходятъ:
И ежели они на гн?въ тебя приводятъ,
Оставь мн?, что теб?, толь дерзко говорю:
Я должность дочери сей дерзостью творю.
Довольно злыхъ людей Полонья отравляютъ,
Которые тебя устами прославляютъ,
Когда присутствуетъ бес?д? ихъ твой зракъ:
И чтобъ ты ни сказалъ, они в?щаютъ такъ,
Но что вредняй льстеца самолюбиву нраву?
Престань меня влещи въ погибельную славу,
И не теряй минутъ престоломъ мя прельщать;
Я чести не хочу безчестіемъ искать:
Симъ образомъ никакъ насъ честь не возвышаетъ,
Но доброд?тели въ серцахъ изкореняетъ,
И д?лая единъ во слав? чести видъ,
При отвращеніи сердецъ влечетъ намъ стыдъ.

ПОЛОНІЙ.

Я наставленіевъ твоихъ не принимаю,
И ужъ въ посл?дній разъ теб? напоминаю:
Послушна ли ты мн?, послушна, или н?тъ?

ОФЕЛІЯ.

Во всемъ; но таковый противенъ мн? сов?тъ,
И повел?нія исполнить неудобно.
О время! ты еще Полонію способно!
Когда теб? твоя противна стала дщерь;
Такъ сжалься надъ собой, не надо мной теперь:
Престань въ тиранскія ты д?йствія м?шаться,
И срамотой его безстыдно услаждаться!
Вс? люди бременемъ ево отягчены,
И терпятъ можетъ быть для сей одной жены,
Которая Царя ихъ прежняго супруга.
Ково вы будете по ней им?ти друга?
Не сына ли ея, любима царствомъ вс?мъ?
Какое мнишъ найти приб?жище ты въ немъ?
Умолкнетъ ли о васъ вражда, и гласъ народа,
Васъ поносящія во дни сего зла года?
Скажи мн?: какъ тиранъ на Дацкій тронъ вступилъ?
Который, ахъ! онъ день безъ казни проводилъ?
Къ кому склонялося то серце горделиво?
И кто им?лъ ево гн?въ лютый справедливо?
И есть ли умертвитъ онъ Гамлетову мать;
Чево скажи, чево онъ будетъ ожидать?
Но Клавдіева часть Офелью устрашаетъ,
Не имъ; но что она твою съ собой сплетаетъ;
Прими мой сей сов?тъ, для сихъ текущихъ слезъ,
И ярость умягчи разгн?ванныхъ небесъ,
Для чести онаго ково я умоляю,
И для ради ково я слезы проливаю!
Внемди Офеліинъ въ тоск? прискорбный гласъ,
Докол? не пришелъ незапно грозный часъ!

ПОЛОНІЙ.

Довольно ужъ теб? душа моя терп?ла,
И медлила хотя вся кровь во мн? кип?ла.
Когда пренебрегла ты всю мою пріязнь,
Ты мн? не дочь, въ сей день приимешъ люту казнь.
Я больше не могу преступницы жал?ти:
Страшись и трепещи, приходитъ часъ умрети!
Въ сей: день забудешъ ты число отцовыхъ злобъ.
Въ сей день забудешъ все…, въ сей день ты снидешъ въ гробъ.

ОФЕЛІЯ.

Благословенъ сей день, въ который умираю,
Я въ доброд?тели животъ окончеваю.
Возми сію ты жизнь, котору ты мн? далъ,
И бремя то снимай, которо налагалъ.
А вы, о небеса! мой духъ восприимайте,
И симъ ево гр?хомъ, гр?хи ево скончайте!

ЯВЛЕНІЕ III.

ПОЛОНІЙ, ОФЕЛІЯ и КЛАВДІЙ.

ПОЛОНІЙ.

Я милости твои, о Царь мой, погубилъ,
Не щастіемъ, что дочь такую я родилъ:
Что слышалъ прежде ты, она все мыслитъ тоже,
Но милость мн? твоя, всево, что есть, дороже:
Не давъ подъ власть твою Офельину красу,
Я кровь ея теб? на жертву принесу.

КЛАВДІЙ.

Ты таковую честь, Офелья презираешъ?
Престола знать еще ты сладости не знаешъ.

ОФЕЛІЯ.

Когда меня отецъ сей славой не прельстилъ,
И въ младости познать кончину осудилъ;
Я смерти своея смиренно ожидаю,
Я тронъ твой и съ тобой мерзя уничтожаю.

ПОЛОНІЙ.

Не буди, государь, симъ словомъ прогн?вленъ;
Она ужъ суждена, и судъ надъ ней свершенъ.
Погибнетъ скоро сей рукой безчелов?чно,
Подъ остротой меча закроетъ очи в?чно.
Но что бы былъ ты сытъ Полоній злостью сей,
Им?й ты львовый гн?въ днесъ къ дочери своей.
Будь твердъ, чтобъ глазъ твоихъ она не отвращала,
И въ токахъ предъ тобой кровавыхъ трепетала.
Смотри безъ жалости, какъ станетъ умирать,
И испуская духъ томиться и страдать.

КЛАВДІЙ.

Будь твердъ, не прем?нись Полоній, въ семъ об?т?.
О правосудіе неслыханное въ св?т?!
Единородну дщерь свою не пощадить;
Коль предъ Царемъ дерзнула преступить!

ПОЛОНІЙ.

Намъ должно исправлять противящися нравы:
Когда не сокращать людей, на что уставы?

КЛАВДІЙ.

Коль то ты предприялъ, такъ умертви скоряй;
Ждать смерти при конц? есть самой смерти зляй.

ПОЛОНІЙ.

Свид?тельствовать смерть преступницы довл?етъ.
Мы симъ дадимъ прим?ръ, что Клавдій не жал?етъ,
За преслушаніе на св?т? ни ково,
И крови не щадитъ Полонья самово.
А я дамъ симъ прим?ръ, коль рабъ прямой послушенъ
Владык? долженъ быть, и коль я праводушенъ.
О мерзость! — — — какъ тебя еще я, нареку!
Я душу изъ тебя съ мученьемъ извлеку.
Пойдемъ.

ОФЕЛІЯ.

Къ теб? взвожу, всещедро небо, руки!
Не дай мн? чувствовать сей долго страшной муки.

ЯВЛЕНІЕ IV.

ОФЕЛІЯ одна.

Оставили меня: не знаю для чево.
Не зд?сь ли буду ждать мученья своево?
Вотъ какова моя нещастлива судбина!
Дщерь знатнаго отца, нев?ста Царска сына,
Великол?піе, богатство, красоту,
И все что д?лало приятной суету,
Въ единъ теперь я мигъ на в?ки погубляю.
Но все то, что ни есть, въ пристанищ? теряю.
Тогда, когда мой Князь на свой восходитъ тронъ,
Все щастіе, вся жизнь, минуется какъ сонъ.
Т?нь радостей въ любви! почто ты мн? коснулась?
Прелестная мечта! о какъ я обманулась!
Когда, ты небо мн? судило въ св?т? быть;
Почто такимъ отцомъ мя было въ св?тъ пустить?
Другой бы мой омылъ гробъ горькими слезами,
А сей отъемлетъ жизнь своими, ахъ! руками.
Прости страна и градъ рожденья моево!
Освобождайтеся отъ ига своево;
Чертоги, гд? росла! нещастныя чертоги!
Простите навсегда! А вамъ напасти строги,
Въ посл?дній мн? сей день, готовится конецъ;
Надежда подданныхъ приемлетъ свой в?нецъ,
Но я, мой Князь, тебя, куды иду, оттуду,
Въ порфир?, и в?нц? и въ слав? зр?ть не буду,
Прости дражайшій Князь! — — —

ЯВЛЕНІЕ V.

ОФЕЛІЯ и СТРАЖИ.

НАЧАЛЬНИКЪ СТРАЖИ.

Я долженъ то сказать! — — —
Полоній далъ приказъ тебя подъ стражу взять;
Такъ Клавдій повел?лъ.

ОФЕЛІЯ.

Я повинуюсь власти.
О небо! окончай скоряй мои напасти.

Конецъ четвертаго д?йствія.

Д?ЙСТВІЕ V.

ЯВЛЕНІЕ I.

КЛАВДІЙ и ПОЛОНІЙ.

ПОЛОНІЙ.

Нашъ вымыслъ д?йствія начало восприялъ:
Я пятьдесятъ твоихъ рабовъ къ тому избралъ,
Которымъ вел?но, чтобъ Гамлета сразили,
И Клавдіеву власть сей смертью утвердили.
Я казнь сію внушилъ имъ общества добромъ,
Къ убйствію склонивъ сихъ воиновъ сребромъ.
Лукавство наше ихъ къ тому не возманило,
Докол? имъ сребро очей не осл?пило,
И не разжгло сердецъ воюющихъ съ тобой,
На злобу къ сторон? отъ Клавдія другой.
За Гамлетомъ убить имъ вел?но Гертруду?
Сокровище приявъ, они готовы всюду.
Я судіею имъ тебя предвозв?стилъ:
Страшатся только, чтобъ народъ ихъ не побилъ.
Но что намъ въ пагуб? нещастныхъ сихъ печали?
Лишъ толькобъ д?ло то исправно докончали.
Еще закроются симъ оныя д?ла,
Которы совершить насъ нужда привела.
И есть ли государь теб? донесть я см?ю,
Какое я еще нам?ренье им?ю:
Когда они дойдутъ до нашего суда,
Льзя способъ намъ сыскать и ихъ послать туда,
Куды они враговъ опасныхъ намъ низринутъ.
И тако таинства на св?т? не покинутъ:
Армансъ съ Ратудою оружьемъ ихъ падутъ,
Надъ дщерью моей уже свершился судъ:
Симъ тайна въ в?чное молчанье пренесется.

КЛАВДІЙ.

Мой тронъ на камени претвердомъ остается.
Для привлеченія спокойствія серцамъ,
Посл?дуемъ всему, что къ польз? служитъ намъ.
Но дщерь твоя когда прииметъ мзду достойну?
Она творитъ мн? мысль еще днесь безпокойну:
Прелестна красотой, любима царствомъ симъ,
Горда противъ Царя, склонна врагамъ моимъ,
На смерть поносную отцомъ своимъ влачима,
И можетъ быть давно ужъ Гамлетомъ любима.
Кто знаетъ, что она по смерти ихъ зачнетъ;
Когда она свое непослушанье чтетъ,
И доброд?телью преступокъ называетъ.
Какихъ Полоній д?йствъ отъ дщери ожидаетъ?

ПОЛОНІЙ.

Не с?туй государь! она умретъ въ сей часъ,
И воинамъ ужъ данъ Полоніевъ приказъ,
Привесть ея сюды. Но чтобъ уже сказала
Она то таинство, которое познала,
Того не можетъ быть: сколь дочь моя горда,
Столь въ сохраненіи химеры сей тверда,
Котору честностью безумство называетъ,
И ей отдавшись въ пл?нъ, въ ней Бога почитаетъ;
Но что бы слабости ей, въ серце не пустить,
Конечно надлежитъ скоряе умертвить.
Се сей противный зракъ.

ЯВЛЕНІЕ II.

Т? ЖЕ, ОФЕЛІЯ и СТРАЖИ.

ПОЛОНІЙ.

Вы воины смотрите
Позорище сіе, и въ немъ прим?ръ возмите,
О правосудіи народу возв?стить,
Которо надъ собой я вамъ хочу явить.
Единородна дочь моя въ преступокъ впала:
Она влад?телю досаду доказала,
Непослушаніемъ уставъ пренебрегла,
И милости ево упорствомъ воздала.
Ни л?ты, ни краса, въ которыхъ процв?тала,
Ни безпорочна жизнь, въ которой пребывала,
Въ семъ преступленіи явившаясь теперь,
Не могутъ спасть ея, хоть мн? она и дщерь,
И умерщвляется отцовыми руками.
Я истинну одну им?ю предъ очами.
Но вм?сто площади ей Царь чертогъ свой далъ,
И совершити казнь отца ея избралъ;
Чтобъ знатной крови сей безчестье не казалось,
А правосудіе повсюдубъ наблюдалось.
Сію едину онъ мн? милость сотворилъ:
Иныя отъ нево Полоній не просилъ.
Вянь, вянь преступница въ своемъ ты лучшемъ цв?т?!
Предшествуй истинна, всему, что есть на св?т?.

ЯВЛЕНІЕ III.

Т? ЖЕ и еще ВОИНЪ.

ВОИНЪ.

Сей замокъ, государь, народомъ весь объятъ,
И люди отовс?хъ сторонъ къ нему л?тятъ:
Младыя, старики, и женскій полъ, и чада,
Вс?, словомъ, жители сего престольна града,
Къ ст?намъ чертоговъ сихъ безъ памяти б?гутъ,
И со стенаніемъ согласно вопиютъ:
Ищите воины злод?евъ сихъ ищите,
К?мъ Гамлетъ пораженъ, и смерть ево отмстите — —

ОФЕЛІЯ.

Увы!

КЛАВДІЙ.

Нещастный Князь!

ПОЛОНІЙ.

Ступай къ народу Царь!
Уйми толикое смущенье государь!
Я зд?сь остануся со дщерію моею,
А ты представь себя убійцамъ судіею,
И правосудіе свое предвозв?сти.

ЯВЛЕНIЕ IV.

ПОЛОНІЙ, ОФЕЛІЯ и ВОИНЫ, которые ея привели.

ОФЕЛІЯ.

И Гамлета ужъ н?тъ! прости мой Князь! прости!
О злоба! что еще въ сей день ты сотворила!
Почто тебя я Князь во гробъ не предварила?
Иль ахъ! чтобъ дня сего, сей часъ мн? горьче былъ?
О градъ! ты всю свою надежду погубилъ!

ПОЛОНІЙ.

Со удивленіемъ слова твои внимаю. — — —

ОФЕЛІЯ.

Рази, я умереть теперь уже желаю.
Рази, какъ ты Царя нещастна поразилъ.
И знай, что сынъ ево Офелію любилъ,
А дщерь твоя о немъ вздыхала, ахъ! подобно.
Усугубляй свой гн?въ, и вырви духъ мой злобно!

ПОЛОНІЙ.

Теперь открыла ты мн? вс? свои д?ла.
Какой ты кровь моя мн? плодъ произвела!
Умри — — —
(Стремится заколоть дочь свою; но въ самое то время входитъ Гамлетъ съ Армансомъ и съ воинами, и вырываетъ мечъ изъ рукъ ево.)

ГАМЛЕТЪ.

Ужъ никому твоя невредна злоба,
Не ей, теб? тиранъ отверсты двери гроба.
Уже народныя низпали бремена,
Когда ты страшенъ былъ, скончались времена.
Пади подъ остротой меча сего — — —

ОФЕЛІЯ бросясь къ Гамлету.

Жестокой!
Онъ мн? отецъ.

ПОЛОНІЙ Гамлету.

Всходи взносись на тронъ высокой,
Когда теб? твоя неправда помогла,
И дерзостны серца противъ Царя зажгла.
Пришелъ ко мн? мой рокъ. А ты теперь облейся
Отцовой кровію, и крови сей напейся.

ГАМЛЕТЪ Офеліи.

Дай казнь мн? совершить.

ОФЕЛІЯ.

Ахъ! сжалься надо мной.

ГАМЛЕТЪ.

По таковыхъ д?лахъ, онъ не родитель твой.

ОФЕЛІЯ.

Я, Князь, злод?я въ немъ какъ ты уничтожаю;
Однако въ немъ отца люблю и почитаю.

ГАМЛЕТЪ.

Сей варваръ моево родителя убилъ.

ОФЕЛІЯ.

Но Гамлетъ, онъ твою возлюбленну родилъ.

ГАМЛЕТЪ.

Любезныя глаза! вы весь мой духъ мутите! — — —
Подъ стражу воины убійцу поведите.
Ступай тиранъ, и жди себ? достойной мзды.

ПОЛОНІЙ.

Дай небо, что бы васъ постигли вс? б?ды!

ЯВЛЕНІЕ V.

ГАМЛЕТЪ, ОФЕЛІЯ и АРМАНСЪ.

ОФЕЛІЯ.

Могуль я испросить родителю прощенье?
Теб? легко, мой Князь, скончать мое мученье!
Довольно я и такъ въ смятеніи жила,
Довольно горькихъ слезъ въ стенаніи лила.
Не презри горестна прошенія любезной.
Скончай сурову часть моей ты жизни слезной!
Ты хочешъ острый мечь на кровь мою поднять.
Или теб? не жаль Офелью потерять?
Въ какой ты горести мя Гамлетъ оставляешъ!
Ты самъ меня, мой Князь, съ тобою разлучаешъ.

ГАМЛЕТЪ.

Удобно ли простить злод?я такова?

ОФЕЛІЯ.

Такъ знать не трогаютъ тебя мои слова?
Или ты мщеніе любви предпочитаешъ? — — —
Ты очи отъ меня во гн?в? отвращаешъ!
О какъ обманута Офелія тобой,
Я тщуся быть твоей, ты быть не хочешъ мой,
И смотришъ на меня стенящую спокойно:
Знать серце быть мое твоимъ ужъ не достойно.
Я дщерь не Царская, а твой отецъ былъ Царь,
Офелія раба, а ты мой Государь;
Но я тебя любя, прельщалася не саномъ:
Надежда сладкая! ты стала мн? обманомъ!
Когда ты б?дности въ стран? сей Князь терп?лъ,
Когда ты никакой надежды не им?лъ
Взойти на тронъ, гд? злобъ тогда жилище было,
Такъ серце и тогда мое тебя любило.
Коль много разъ мои ты слезы отиралъ,
Которы ты своимъ нещастьемъ извлекалъ,
Какъ мы супружества, котораго желали,
Во град? семъ им?ть уже не уповали!
Ты былъ отечество свое покинуть радъ,
И уб?жать со мной въ какой незнатный градъ.
Хоть въ самый дальный край пространныя вселенной,
И жить въ убожеств? въ любви уединенной,
Тамъ оба прем?нивъ нещастныхъ имена:
Гд? д?лися вы т? драгія времена?
Вы въ горестяхъ, въ слезахъ, еще мн? сладки были,
И безмятежну жизнь нещастливымъ сулили.
А днесь, когда беретъ любовникъ мой в?нецъ,
Пріятнымъ мыслямъ вс?мъ приходитъ, ахъ! конецъ,
За что ты прем?нилъ т? мысли въ мысли люты?
Ахъ! вспомни, вспомни т? толь сладкія минуты!
Когда я при теб? въ уныніи была,
Уныніемъ однимъ тронуть тебя могла.
Ты часто цаловалъ Офеліины руки,
И лаской скончевалъ мои мал?йши муки.
Ты свой покой въ моемъ поко? почиталъ;
Ахъ, Князь! каковъ ты былъ! и ахъ! каковъ ты сталъ!
Уже не чувствуешъ любезной огорченья,
И становишся самъ виной ея мученья.
Жал?й меня, жал?й, не дай мн? умереть!

ГАМЛЕТЪ.

О небо! какъ посемъ на гробъ отцовъ воззр?ть,
Когда Офелію отъ горести избавлю,
И смрадному его убійц? жизнь оставлю?
Стенящая душа, остатокъ естества,
Просяща мщенія, предъ трономъ божества,
Родительская т?нь! я думаю, что нын?
Ты зришъ себ? врага въ своемъ любезномъ сын?,
Колеблющагося въ жару любви стеня,
И мной гнушается! взирая на меня.
Когда я симъ тебя мой отче прогн?вляю,
И должности своей уставъ пренебрегаю,
Оставь мою вину! когдабъ я не любилъ,
Я бъ должность наблюдалъ и безпороченъ былъ.

ОФЕЛІЯ.

Что ты любезной жизнь оставить помышляешъ,
Не праведно сіе порокомъ называешъ.
И есть либъ ты отца сей мыслію гн?вилъ,
Каковъ бы онъ суровъ въ той новой жизни былъ,
Изъ той жизни, гд? суетъ и злобы не бываетъ,
И гд? тщеславіе людей не осл?пляетъ,
Гд? царствуетъ покой, и истинна живетъ,
И время въ тишин? изъ в?чности плыветъ.

ГАМЛЕТЪ.

Но кровь его, но кровь въ чертогахъ сихъ пылаетъ,
И на отмщеніе мой духъ возпламеняетъ,
О Гамлетъ! совершай, что долгъ теб? велитъ!
Не впрямъ ли мн? того Офелья не проститъ!

ОФЕЛІЯ.

Когда ты совершишъ нам?реніе грозно,
Тогда моимъ опять любовникомъ быть позно.
Тогда моя на в?къ надежда пропадетъ,
И ужъ меня ни что съ тобой не сопряжетъ.

ГАМЛЕТЪ.

Инъ духъ страдай! воздамъ достойну плату злоб?,
И возврачю покой потерянный во гроб?.
(Хочетъ уйти.)

ОФЕЛІЯ.
(Удерживаетъ ево, и становится на кол?ни.)

Вс? слабости мои открылись предъ тобой,
Изнемогаетъ духъ, темн?етъ разумъ мой.
Я не могу сихъ думъ толь горестныхъ терп?ти,
И не могу при нихъ спокойно умерети.
И смерть твоя и жизнь мученье мн? сулитъ,
Воображеніе ужасно мя разитъ.
Когда ты о себ? уже не сожал?ешъ;
Какую обо мн? ты мысль теперь им?ешъ?
Иль хочешъ взоръ закрыть, о мн? не вспомянувъ,
И духъ свой испустить, о мн? не воздохнувъ?
Но мня, что памяти и вздоховъ я достойна,
Вообрази себ?, какъ буду безпокойна!
Сего ли для ты жизнь нещастныя продлилъ,
Чтобъ ты свир?пяе мя съ нею разлучилъ,
Чтобъ я лют?йшее терзаніе вкусила,
И очи, ахъ! въ тоск? несносной затворила?
Какое б?дство я стран? сей приключю!
Вс? радости въ теб? народны помрачю.
Никто уже меня безъ злобы не вспомянетъ,
Коль изъ любви моей толь вредный громъ зд?сь грянетъ.
Когда надъ серцемъ я твоимъ им?ю власть;
Яви любезный Князь, яви мн? ону страсть!
Иль на Полонія жел?зомъ изощреннымъ,
Дай прежде смерть вкусить тобою чувствамъ пл?ннымъ!
Отмщай! но прежде ты любовь мою забудь,
И проколи сперьва Офеліину грудь!

ГАМЛЕТЪ.

Владычествуй любовь, когда твоя днесь сила,
И разсужденіе и духъ мой покорила!
Востань Офелія! ты власть свою нашла!
Отри свои глаза! напасть твоя прешла.

ОФЕЛІЯ воставъ.

Преобращайся плачъ ты въ радости и см?хи!
Мой Князь меня вознесъ на самый верьхъ утехи.
Не привид?ніель, не сонъ ли мн? сіе?
И подлинноль прешло все б?дствіе мое?
Прешло — — — и прервались т? тяжкія оковы,
Что были разлучитъ съ душой меня готовы.
Въ веселіи теб? и щедрымъ небесамъ,
Дражайшій Князь! какой я мздою то воздамъ?
По утишеніижъ моихъ напастей многихъ,
Скажи мн?, какъ скончалъ ты дни временъ толь строгихъ,
И какъ ты удержалъ своихъ судбину б?дъ?
Ужъ в?сть была, что, ахъ! тебя на св?т? н?тъ.
Какое щастіе тебя въ немъ удержало?

ГАМЛЕТЪ.

Все зд?шне жительство на помощъ мн? предстало,
Уже едва не весь изв?стенъ городъ былъ,
Какъ мой отецъ, ихъ Царь, животъ свой погубилъ,
Которыя о томъ и знали и не знали,
Единодушно вс? на тронъ меня желали.
Но Клавдій знать уже меня подозр?валъ;
Полоній пятьдесятъ разбойниковъ избралъ:
Я именемъ другимъ назвать ихъ не ум?ю,
Чтобъ имъ меня убить и съ матерью моею,
Прибыткомъ алчущихъ удобно осл?пить.
Жестокія серца легко ко злу склонить.
Спасая мать свою, доколь поверту злобу,
Я ввелъ ея во храмъ къ родительскому гробу,
Ей тамо камень сей слезами омывать,
И силу вышнюю на помощь призывать,
Во ожиданіи, въ надежд? сей, доколь
Не будетъ сына зр?ть с?дяща на престол?,
И какъ я отъ нея пошелъ сюды назадъ,
И прикоснулся лишъ святыхъ порогу вратъ:
Разбойники ко мн? съ стремленіемъ б?жали,
Ихъ острыя мечи какъ молніи сверкали,
Но лишъ съ Армансомъ мы оружье извлекли,
Они покинувъ насъ, во вс? страны текли:
Знать имъ возмнилося, что насъ во храм? много:
Увидяжъ только двухъ, опять напали строго.
Противъ нападковъ ихъ мы стали во вратахъ,
И защищалися пренебрегая страхъ.
Боязнь въ случаяхъ сихъ уже не помогаетъ;
Лишъ только помощи посл?днія лишаетъ.
Мы н?ку часть изъ нихъ повергли предъ собой.
И началъ слышиться во град? голосъ мой,
Чтобъ помощъ дали намъ къ спасенію Гертруды,
И что я гибну самъ: народъ б?жалъ отвсюды.
Нам?ренье свое по нужд? прем?ня,
Разсыпалися вс? злод?и отъ меня;
Но множествомъ мечей вс? пораженны стали,
Одни изранены, другія мертвы пали.
И какъ пришелъ всему желанный граду часъ,
Различный слышался о мн? въ народ? гласъ:
Кто близко былъ меня, тотъ радостію таялъ;
А кто меня не зр?лъ, тотъ мертва быти чаялъ:
И тако въ далек? былъ страшный слышенъ стонъ.
А я въ домъ Царскій шелъ со тьмою оборонъ.
Разбойники мн? все злод?йство разсказали,
Которыя въ крови межъ мертвыхъ умирали.
Я душу яростью наполнену им?лъ,
И съ нетерп?ніемъ, во многолюдств? шелъ,
Явить мучителямъ, достойну имъ судьбину,
И что владыки ихъ исполнить должно силу.
Тиранъ по л?ствиц? въ низъ замка низходилъ,
И въ лицем?ріи, увы! мой Князь! вопилъ;
Но усмотр?въ въ рук? моей жел?зо наго,
Не къ радости позналъ быть Гамлета живаго,
И обратясъ въ свои чертоги утекалъ,
Гд? суетно себ? уб?жища искалъ,
Отъ страха смертнаго во вс? углы метался,
И палъ подъ симъ мечемъ; токъ крови проливался.
О возвращеніи во храмъ молясь моемъ,
Гертруда предстоитъ еще предъ олтаремъ.
Гражданство, воинство, мя съ нею ожидаютъ,
И съ скипетромъ въ рукахъ узр?ть меня желаютъ.
Пойдемъ, Офелія, пойдемъ не медля къ нимъ,
И съ ними небесамъ молитвы воздадимъ.

ЯВЛЕНІЕ ПОСЛ?ДНЕЕ.

Т? ЖЕ и ВОИНЪ.

ВОИНЪ.

Полоній, государь, подъ стражею скончался.

ОФЕЛІЯ.

Ахъ!

ГАМЛЕТЪ.

Знать, что казни онъ достойной убоялся,
И убоявшися себ? убійцомъ сталъ.
Скажи мн?, какъ онъ жизнь мучительску скончалъ?

ВОИНЪ.

По приведеніи ево подъ стражу нами,
Онъ грозными на насъ металъ свой взоръ глазами,
И въ изступленіи предъ нами походивъ,
Сказалъ: когда вашъ Князь уже остался живъ,
Напрасно дочь моя тамъ проситъ и стонаетъ.
Прошеніемъ вину свою усугубляетъ;
Я не хочу отъ нихъ щедроты никакой,
И ихъ влад?тельми не ставлю надъ собой,
Скажите имъ, что я о томъ лишъ сожал?ю,
Что больше погубить ихъ силы не им?ю,
По сихъ словахъ тотчасъ онъ ножъ въ себя вонзилъ,
Скрежещущъ палъ, и духъ во злоб? изпустилъ.

ОФЕЛІЯ.

Я все исполнила, что дщери надлежало:
Ты само небо днесь Полонья покарало!
Ты, Боже мой! ему былъ долготерп?ливъ!
Я чту судьбы твои! твой гн?въ есть справедливъ!
Ступай мой Князь во храмъ, яви себя въ народ?,
А я пойду отдать посл?дній долгъ природ?.

Конецъ трагедіи.

Год написания: 1749

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *